ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ГОУ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
"САМАРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АЭРОКОСМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
ИМЕНИ АКАДЕМИКА С.П. КОРОЛЕВА"

ИНСТИТУТ ПЕЧАТИ

КАФЕДРА ИЗДАТЕЛЬСКОГО ДЕЛА И КНИГОРАСПРОСТРАНЕИЯ

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА
по дисциплине
"АКТИВНЫЕ ПРОЦЕССЫ
В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ"
на тему: "Эвфемизмы в современной русской речи
на примере материалов 
печатных и электронных российских СМИ"

Выполнила: студентка группы № 4311з
Муртазаева Ирина Олеговна

Проверил: Прядильникова Наталья Викторовна

Самара 2008 г.

ПЛАН РАБОТЫ

Введение 
1. Определение и классификация эвфемизмов в лингвистической литературе 
2. Специфика эвфемизации 
2.1. Целевые установки 
2.2. Темы и сферы 
2.3. Языковые средства и способы 
3. Эвфемизмы как средство манипулирования в языке средств массовой информации 
Заключение 
Список использовано литературы 

Введение

В современном русском языке все большее применение находят стилистически нейтральные слова или выражения, употребляемые вместо синонимичной языковой единицы, которая представляется говорящему (пишущему) неприличной, грубой, резкой или нетактичной. В лингвистической литературе этому распространенному процессу дан термин "эвфемизация".
Примечательно, что, довольно "чувствительные" к общественным оценкам, эвфемизмы нередко меняют свой статус, превращаясь в недопустимую грубость, требующую очередной эвфемистической замены. В свое время Б.А. Ларин писал: "Эвфемизмы недолговечны. Существенным условием действенности эвфемизма является наличие "грубого", "недопустимого" эквивалента. Как только это подразумеваемое неудобопроизносимое выражение выходит из употребления, эвфемизм теряет свои "облагораживающие" свойства, так как переходит в разряд "прямых" наименований, и тогда требует новой подмены" [3.6, С. 120].
Другой языковед Л.П. Крысин отмечает, что "чем жестче социальный контроль речевой ситуации и самоконтроль говорящим собственной речи, тем более вероятно появление эвфемизмов; и, напротив, в слабо контролируемых речевых ситуациях и при высоком автоматизме речи (см. общение в семье, с друзьями и т.п.) эвфемизмам могут предпочитаться "прямые" обозначения, или дисфемизмы, то есть более грубые, пренебрежительные обозначения [3.4]
Объектом исследования данной работы является эвфемистическая лексика современного русского языка. Предмет исследования - ее особенности и сценарии применения.
Эмпирической базой исследования послужили единицы эвфемистического характера: слова, словосочетания, предложения, извлеченные из текстов публицистического, официально-делового и научного характера.

1. Определение и классификация эвфемизмов в лингвистической 
литературе

Термин "эвфемизм" применялся еще античными авторами. Его генезис общеизвестен: сам термин происходит от греческих слов "хорошо" "молва" ("речь"). Первоначально он толковался как произнесение "слов, имеющих хорошее предзнаменование, воздержание от слов, имеющих дурное предзнаменование (особенно при жертвоприношениях), благоговейное молчание" [1.3, С. 562]. Подобное понимание эвфемизма сближает его с табу, но не уравнивает. Впоследствии вторая часть определения ("благоговейное молчание") утратилась.
В XX-XXI вв. были подготовлены целый ряд работ, специально посвященных проблемам эвфемистической лексики или затрагивающие ее в связи с другими языковыми явлениями [Пауль Г., 1960; Шор P.O., 1926; Ларин Б.А., 1961; Крысин Л.П., 1996; Куркиев А.С., 1977, Сеничкина, 2006 и др].
В лингвистической литературе присутствуют различные формулировки понятия "эвфемизм". В большинстве из них в качестве основного признака эвфемизма рассматривается его способность заменить, "завуалировать" неприятные либо нежелательные слова или выражения.
Например, О.С. Ахманова предлагает следующее определение: "Эвфемизм (антифразис) - троп, состоящий в непрямом, прикрытом, вежливом, смягчающем обозначении какого-либо предмета или явления" [Ахманова, 1967].
Пожалуй, одной из удачных является формулировка Л.П. Крысина, которая определяет эвфемизм как "способ непрямого, перифрастического и при этом смягчающего обозначения предмета, свойства или действия..." [Крысин, 2000].
По поводу классификации эвфемизмов существуют различные взгляды. Впрочем, все они открывают общую причину эвфемизации речи - стремление избегать конфликтности общения.
По мнению Б.А. Ларина, в ее основу следует положить "социальную природу эвфемизмов". Он выделяет три типа эвфемизации:
1) общеупотребительные эвфемизмы национального литературного языка;
2) классовые и профессиональные эвфемизмы;
3) семейно-бытовые эвфемизмы. [Ларин, 1961]
В исторической ретроспективе первые и вторая группы сближаются, а в движении к будущему вторая группа тает до полного исчезновения. Для третьей группы эвфемизмов, которые употребительны по преимуществу в разговорной речи, характерно ограничение кругом представлений из области физиологии и анатомии человека.
А.С. Куркиев выделяет пять групп эвфемизмов, классифицируя их по порождающим мотивам:
1) возникшие на основе суеверий (болеть – нездоров, хворает);
2) возникшие из чувства страха и неудовольствия (убить - прибить, ухлопать, укокошить);
3) возникшие на основе сочувствия и жалости (больной - не все дома);
4) порождаемые стыдливостью (незаконнорожденный - байстрюк, сколотыш);
5) порождаемые вежливостью (старый – в летах, преклонный возраст).[Куркиев, 1977]
Л.П. Крысин, в свою очередь, считает, что существуют две сферы эвфемизации - личная жизнь и социальная жизнь.
В.П. Москвин полагает, что "эвфемизмы используются в шести функциях:
1) для замены названий пугающих объектов;
2) для замены определений различного рода неприятных, вызывающих отвращение объектов;
3) для обозначения того, что считается неприличными (т.н. бытовые эвфемизмы);
4) для замены прямых именований из боязни эпатировать окружающих (этикетные эвфемизмы);
5) для "маскировки подлинной сущности обозначаемого";
6) для обозначений организаций и профессий, которые представляются непрестижными" [Москвин, 2007].
Е.П. Сеничкина придерживается широкого подхода к пониманию эвфемизмов, разделяя точку зрения А.А. Реформатского, Л.П. Крысина и других ученых и полагая, что эвфемизмы свойственны не только нейтральному, но и другим стилям русского языка [2.2, С. 6].
Е.П. Сеничкина предлагает различать следующие виды эвфемизмов: эвфемизмы-табуизмы, факультативные эвфемизмы, деэвфемизмы, исторические эвфемизмы, эвфемизмы по происхождению, языковые и окказиональные. Для классификации эвфемизмов ученый предлагает применять морфологический подход. В основу такой классификации положен критерий лексико-грамматической отнесенности слов, репрезентирующих категорию семантической неопределенности.

2. Специфика эвфемизации

2.1. Целевые установки

Современное общество во многом свободно от предрассудков прошлого. Однако по-прежнему люди избегают прямо называть слова смерть, умереть или прямые наименования некоторых заболеваний (рак, раковая опухоль и т.д.):
"Пристрастившихся к этому "антидепрессанту" качественная водка уже не "забирает", выбор совершается окончательно и бесповоротно. Слепнут, впадают в алкогольные психозы, отправляются к праотцам, наложив на себя руки, гибнут от цирроза, от кулаков невменяемых собутыльников... Но пьют".
(Физкультура не вытеснит спиртовую отраву // Московские новости. - 12.02.2002)
"Но важно решить перед операцией несколько задач. Надо определить размеры, локализацию новообразования в печени, дать хирургам информацию, одно новообразование или несколько".
(Профилактика победит болезнь века // Парламентская газета. - 30.03.2006)
Все так же эстетические и нравственные законы современного общества запрещают говорить прямо о физиологических актах, связанных с выделительной функцией организма, об отношениях между полами, о врожденных дефектах; также не принято называть прямо определенные части тела человека. Прямым наименованиям запрещен доступ в официальный письменный текст, в художественную литературу.
В последнее время формируется и новая функция эвфемизации речи - приукрашивание некоторых моментов действительности. Кроме того, наблюдается увеличение числа номинаций, применимых к широкому кругу вещей, о которых не хочется говорить прямо (старики – представители старшей возрастной группы, проблемная кожа, проблемный ребенок и т.д.).
Таким образом, целями эвфемизации речи могут быть следующие установки:
1. Стремление избежать коммуникативных конфликтов, не создавать у собеседника ощущение коммуникативного дискомфрта. В эвфемизмах, преследующих эту цель, объект, действие, свойство называются в более "мягкой" форме (слабослышащий вместо глухой, незрячий - слепой, неправда - ложь, полный - толстый, нетрезвый - пьяный, неспокойный - скандальный и т.п.):
Незрячая девушка мир видит цветным".
(Побег из сумерек // Российская газета-Неделя" - Волга-Урал. – 24.01.2008)
2. Вуалирование, камуфляж существа дела (компетентные органы вместо КГБ или ФСБ, исправительное учреждение – колония, тюрьма, оргвыводы - наказание провинившегося чиновника, товары повышенного спроса – дефицит, физическое устранение - убийство и т.п.). Такие эвфемистические выражения в определенной степени скрывают неприятную для адресата суть понятий и действий.
Канцелярский штамп заслуженный отдых (покой) в сочетании уйти (проводить) воспринимается как более вежливое выражение, в особенности если оно употребляется в присутствии лица, о котором идет речь (по-видимому потому, что слово пенсия может вызвать у адресата нежелательные ассоциации с социальной ущербностью).
3. Скрыть от окружающих то, что говорящий хочет сообщить только конкретному адресату. Разумеется, такого рода "зашифрованность" сообщения относительна, и очень скоро она становится мнимой, в особенности если подобные сообщения содержатся не в частной переписке, а публикуются и тем самым делаются доступными для интерпретации каждому читающему и слушающему. Это характерно, например, для различных рекламных объявлений ("Молодая женщина окажет внимание состоятельному мужчине"; "На высокооплачиваемую работу приглашаются девушки без комплексов" и т.п.).
К скрывающим суть дела средствам прибегают и в тех случаях, когда прямое обозначение объекта, действия, свойства, по мнению говорящего, может вызвать нежелательный эффект или негативную реакцию массового адресата. Таковы, например, словосочетания либерализация цен, упорядочение цен, свободные цены в языке современной прессы, в речевой практике экономистов, представителей власти и т.п. В буквальном значении эти сочетания могут прилагаться к любым ценам и любым процессам, происходящим с ними, - понижению, повышению, сохранению на прежнем уровне, приведению их в нужное соответствие. Однако на самом деле эти обороты нередко обозначают более высокие, чем прежде, цены, но обозначают, так сказать, не впрямую, а вуалируя малоприятное для большинства людей явление:
"Глава Минпром-энерго РФ Виктор Христенко подчеркнул, что именно утверждение сроков и принципов либерализации оптового рынка электроэнергии даст инвестору верный сигнал - вложения в российскую энергетику окупятся".
(Начинается либерализация оптового рынка электроэнергии // Независимая газета. – 26.06.2006)

2.2. Темы и сферы

Рассмотрим основные темы и сферы эвфемизации. Им являются:
1. Некоторые физиологические процессы и состояния (освободить нос - вместо высморкаться, ждет ребенка – беременна)
2. Определенные части тела человека:
"Российский академический молодежный театр решил соотнести свое название с репертуарной политикой и тоже выпустил в свет молодежную комедию, выбрав пьесу "Forever" малоизвестного в России исландского драматурга Аурни Ибсена. И оказалось, что детородные органы - не единственный повод для молодого здорового смеха".
(Никогда не говори "навсегда" // Учительская газета. – 17.08.2004)
3. Отношения между полами (интимные отношения, интимная связь, физическая близость – вместо секса):
"Владимир Мединский заявляет, что авторы законопроекта не имеют цели закрыть телеканалы, предлагающие "аморальные услуги". "Если, к примеру, Муз-ТВ хочет рекламировать интимные услуги, то - пожалуйста, - говорит депутат. - Но пусть тот, кому это интересно, платит за право смотреть этот телеканал".
(Интим не предлагать // Газета. – 03.07.2006)
4. Болезни и смерть (недомогать, плохо себя чувствовать - вместо болеть, хворать; совсем плохая - безнадежно больная; французский насморк - гонорея; ушел от нас, его не стало - -умер; усопший - умерший, кончина - смерть и т.п.):
"Галина Вишневская не поехала в Канны из-за недомогания".
(РИА "Новости". – 21.05.2007)
5. Дипломатическая лексика. В ней традиционно используются разного рода камуфлирующие выражения типа определенные круги, адекватные меры, непредсказуемые последствия, миротворческая акция, применить санкции (это может означать и арест, и высылку человека, и экономическую блокаду страны и т.п.) и т.д.
"Большинство русскоязычных жителей Таллина, пришедших к посольству РФ, требуют сурового наказания виновных, но не подразумевают проведение репрессий против какого-то народа. Они требуют принятия адекватных мер к преступникам и к тем, кто развязал в Южной Осетии "бойню".
(Чужой беды не бывает // Комсомольская правда – Северная Европа. – 14.08.2008)
Как верно подмечает Л.П. Крысин, "коммуникативные задачи, с которыми приходится иметь дело дипломатам и политикам, невозможно решить, используя лишь прямые номинации, обходясь без обиняков, намеков, недоговоренностей, камуфляжа, то есть - без всего того, для выражения чего как бы и предназначены эвфемизмы" [3.4].
6. Обозначение некоторых профессий. Это делается с целью повысить социальный престиж таких профессий и скрыть негативное впечатление от прямого называния соответствующего рода занятий: оператор машинного доения вместо доярка, оператор очистных работ - ассенизатор, контролер - надзиратель и др.
7. Деятельность армии и других силовых структур и сущности, связанные с ними (воины-интернационалисты, ликвидированы – убиты, сохраняется напряженность, операция по принуждению к миру, дать адекватный ответ, физическое устранение вместо убийства, зачистка местности и т.п.):
"Грузинская армия перешла к обороне, но зону конфликта ее формирования не покидают, поэтому напряженность в регионе сохраняется; об этом заявил заместитель главы Генштаба Анатолий Ноговицын".
(ТВ-центр. – 12.08.2008)
В приведенном выше примере речь, по сути, идет о продолжающихся боевых стычках между противоборствующими сторонами.
"Кокойты: Грузия готовится физически устранить руководство Южной Осетии".
(РИА "Новости". – 22.02.2006)

2.3. Языковые средства и способы

Среди них наиболее часто применяются:
1. Слова-определители с диффузной семантикой (некоторый, известный, определенный, соответствующий, надлежащий и т.п.):
"По определенным причинам в исследовании не участвовали национальные республики".
(ВЦИОМ: Потапенко - самый "неизвестный" губернатор // ИА Росбалт. – 09.09.2008)
2. Имена существительные с достаточно общим смыслом, используемые для называния вполне конкретных предметов и действий (акция, изделие, объект, продукт, товар, материал, сигнал):
"С 1 марта 2008 года земля и недвижимость станут единым целым. Все объекты, подлежащие учету у нас в стране и распределенные сегодня по различным реестрам, будут объединены в единый кадастр объектов недвижимости, соответствующий закон "О государственном кадастре недвижимости" уже одобрен сенаторами и ждет подписи президента".
(Под общей крышей // Российская Бизнес-газета. – 24.07.2007)
3. Неопределенные или указательные местоимения, а также местоименные обороты типа это дело, одно место.
4. Иноязычные слова и термины, употребляемые как обозначения, более пригодные - в силу своей меньшей понятности большинству носителей языка - для вуалирования сути явления, чем исконная лексика (педикулёз вместо вшивость, либерализация цен - повышение цен, деструктивный - разрушительный, конфронтация - противостояние и т.п.):
"Предположение подтвердили в институте гендерных исследований, где созданный рекламистами "типичный" образ пьющего пиво мужчины был признан деструктивным".
(ФАС обвинила пивную рекламу в поругании семейных ценностей
// Российская газета. – 08.06.2007)
5. Слова, обозначающие неполноту действия или слабую степень свойства, употребляемые не в своем словарном значении, а в качестве эвфемизма (недослышать - о глухом и т.п.).
6. Некоторые глагольные формы с приставкой под- (подъехать, подойти, подвезти и некоторые другие), которые ощущаются частью говорящих (главным образом носителями просторечия) как более вежливые, смягчающие прямое отношение к адресату и потому употребляются ими в качестве эвфемистических замен "прямых" обозначений приехать, прийти, привезти, довезти (в литературном языке, как известно, глаголы с приставками под-, при- несинонимичны).
7. Аббревиатуры (tbc вместо туберкулёз).
В.П. Москвин [3.7] выделяет 13 способов языкового выражения эвфемизации речи:
- метонимическую номинацию (обойтись посредством платка вместо высморкаться);
- метафорическую номинацию (уйти из жизни вместо умереть);
- использование синекдохи ("Барыня... с большим бюстом, подтянутым корсетом к самому носу, сидела на диване");
- прономинализацию (зайти кое-куда вместо туалет);
- паронимическую замену (поехал в Ригу вместо вырвало, рыгать);
- использование книжных слов и выражений, в частности, терминов (летальный исход вместо смерть):
"Вторчермет, где он вырос, "это не добротный пролетарский район типа Уралмаша, отстроенного немцами, а убогая окраина керамического завода, где подъезды усыпаны шприцами, а в 1974 году (когда родился Борис Рыжий! – Е.Е.) случился выброс бактериологического оружия, именуемого "сибирской язвой", с семьюдесятью летальными исходами"".
(Беззащитно бескожий // Новые известия. – 05.09.2008);
- употребление иноязычных слов (путана вместо проститутка);
- перенесение "с рода на вид" (насекомое вместо вошь, таракан, клоп):
"- Опасность серьезная, - подтверждает кандидат сельскохозяйственных наук Сергей Тимофеев. - Остановить ее может только морозная зима. Пока же совет один: убирать насекомых вручную и уничтожать в солевом растворе либо в солярке".
(Картофель без мундира // Российская газета - Енисей. – 09.09.2008);
- перефразирование (компетентные органы вместо КГБ);
- антономазию (лукавый вместо черт, эскулап - врач):
"В честь столетия Госдумы опального доктора тут же амнистировали и разрешили буквально на следующий день приступить к доказанной судом некачественной работе. Единственное, что не отменил “самый гуманный суд в мире”, так это штраф, для верности наложив арест на две московские квартиры неудачливого эскулапа и ее машину Subaru".
(Тверской суд Москвы вынес приговор врачу-косметологу Гелене Рымаренко
// Вечерняя Москва. – 24.07.2008);
- перенесение с вида на вид (присвоить вместо украсть):
"Преступная группа решила нажиться на нацпроекте, присвоив крупную сумму и причинив ущерб своим партнерам - лизингополучателям".
(Мнимая сделка // Российская газета - Юг России. – 10.09.2008);
- употребления тропа мейозис (нетрезвый вместо пьяный, терпимый уровень - удовлетворительный уровень, это вам влетит в копеечку, оставляет желать лучшего - плохой, приличная игра футболистов - хорошая и т. д):
"Парковка влетит в копеечку".
(Вечерняя Москва. – 03.09.2008);
- эллипсис (сунуть в значении "дать взятку"):
"И виновны в этом в первую очередь не чиновники, а мы все. Именно мы готовы сунуть денег инспектору, чтобы он не писал протокол или, чего доброго, не отобрал права. Мы готовы передать конвертик клерку, чтобы нашу проблему решили положительно".
(Коррупция = испорченность // На стол руководителю. – № 44. - 2005).

3. Эвфемизмы как средство манипулирования в языке средств 
массовой информации

Эвфемизмы являются распространенным инструментом манипуляции общественным сознанием. Их лингвистическая природа такова, что они отвлекают внимание реципиента от запретного понятия, являются эмоционально нейтральными субститутами нежелательных или слишком резких обозначений.
Способность эвфемизмов манипулировать реципиентом определяется рядом факторов:
- во-первых, эвфемизмы скрывают истинную сущность явления за счёт создания нейтральной или положительной коннотации;
- во-вторых, реципиент обычно не успевает вычленить эвфемизмы из контекста и осмыслить их, так как обилие информации в современном социуме затрудняет ориентацию в языковом материале и его критическую оценку;
- в-третьих, чтобы присвоить слову статус эвфемизма, надо идентифицировать табуируемый денотат, скрывающийся за этим словом, иначе эвфемизм не будет "распознан";
- в-четвертых, малая часть реципиентов знакома с данным лингвистическим явлением; не зная сути явления, невозможно понять, как осуществляется манипулятивное воздействие.
В языке СМИ эвфемизмы оказывают наибольшее манипулятивное воздействие в силу своих разносторонних возможностей влияния на сознание адресата. Рассмотрим в качестве примера широко распространенный эвфемизм обезвредить в значении "убить". В этом случае для обозначения отрицательного денотата используется слово, вызывающее дополнительные ассоциации с чем-то положительным.
Возникновению данных ассоциаций способствует внутренняя форма слова: обезвредить → сделать безвредным [1.7, C. 341]; безвредный → не причиняющий вреда [1.7, C. 35]; вред → ущерб, порча [1.7, C. 84].
Таким образом, используя эвфемизм обезвредить, говорящий формально подразумевает такое действие, которое помогло избежать вреда (ущерба) и, следовательно, должно быть положительно воспринято адресатом. Налицо явно выраженное манипулятивное воздействие: в психику реципиента скрыто внедряются установки, не совпадающие с его собственными. Несмотря на всю очевидность табуируемого денотата (убить), эвфемизм обезвредить обладает устойчивой положительной коннотацией за счет возникающих ассоциаций с чем-то полезным, остановившим вред.
Между тем, манипулятивный потенциал эвфемизма не исчерпывается механизмом ассоциативности. Эвфемизмы могут играть роль своеобразного "буфера" между отрицательно коннотированным словом и сознанием реципиента:
"Кстати, в процессе дискуссии депутат-единоросс Хинштейн активно пытался выяснить у депутата-единоросса Макарова, не занимается ли он деятельностью, не совместимой со статусом депутата, и если нет, то откуда у него "адвокатская конторка на Садовнической набережной"".
(Стратегия тактиков // Профиль. – 28.07.2008).
Выделенное словосочетание не вызывает положительных ассоциаций у реципиента, однако, будучи довольно неопределенным, вуалирует прямую номинацию, создаёт смягчающий эффект. Механизм буфера действует по принципу: "Нет слова - нет проблемы".
Наиболее сильное манипулятивное воздействие на человека осуществляется посредством так называемых политических эвфемизмов, адресатом которых является массовая аудитория, с целью смягчить негативные ассоциации, связанные с некоторыми фактами, часто за счет искажения смысла самого описываемого факта.
Некоторые авторы отказывают политическим эвфемизмам в статусе истинных эвфемизмов, так как они представляют собой намеренное искажение истины. Например, В.П. Москвин разграничивает эвфемию и дезинформацию, считая, что они противопоставлены функционально (по коммуникативной цели). Цель эвфемии – смягчение выражения, цель дезинформации – ложь, обман, искажение истины (чернобыльская авария вместо чернобыльская катастрофа) [3.7, C. 61).
Тем не менее, стоит предположить, что данные примеры все же являются эвфемизмами, несмотря на слабую связь с денотатом. Во-первых, они заменяют слова и выражения, которые были нежелательными для коммуникатора в данной ситуации, могли вызвать негативную реакцию; во-вторых, они обладают нейтральной коннотацией и, в-третьих, соответствуют основным целям эвфемизации речи: избежать конфликта в общении, скрыть неприятные явления действительности.
При негативной префиксации образование эвфемизма происходит по модели: негативный префикс + существительное (прилагательное, наречие), антонимичное по смыслу слову-табу. Несмотря на "сдержанное порицание", скрывающееся в подобного рода эвфемизмах, способ негативной префиксации активно используется авторами текстов СМИ. Это связано с тем, что, с психологической точки зрения, отрицание положительного денотата не так задевает самолюбие коммуникатора, как утверждение отрицательного:
"- Ничья со сборной Латвии – это провал?
- Это не провал. Это ничейная игра. Мы не должны недооценивать Латвию – команду, которая на прошлом чемпионате Европы выступила значительно лучше, чем наша. Нет, это точно не провал. Просто неуспех.
(Из интервью с Юрием Семиным // Известия. – 01.09.2005).
Семин упорно отрицает предложенную корреспондентом прямую номинацию (провал). Эвфемизм "неуспех" представляется разочарованному игрой команды тренеру более уместным.
Проанализируем, чем отличается провал от неуспеха, опираясь на словарные дефиниции: "Провал - полная неудача в каком-нибудь деле" [1.7, с. 492]. Слово "неуспех" словарем не фиксируется. Дано толкование слова "успех": "Успех – удача в достижении чего-нибудь" [Там же, C. 686], следовательно, неуспех – неудача в достижении чего-нибудь. Таким образом, лексическое значение данных номинаций идентично и описывается в словаре одним и тем же словом – неудача. Однако говорящий при выборе из двух вариантов предпочитает эвфемизм "неуспех", который, во-первых, не имеет таких отрицательных коннотаций, как слово "провал" (особенно в устойчивом словосочетании "полный провал"), во-вторых, представляет действительность описательно – через отрицание положительного денотата.
Эвфемизмы, образованные путем негативной префиксации, манипулируют человеческим сознанием благодаря ярко выраженному эффекту смягчения, который достигается тем, что негативно воспринимаемые свойства предметов не называются точно, конкретно; эвфемизмы допускают широкое толкование.
Важнейшим уровнем реализации эвфемии является лексико-семантический, на котором происходят основные процессы, способствующие эвфемизации речи. Манипулятивное воздействие здесь осуществляется с помощью специально подобранных лексических единиц, наполненных особой семантикой и вызывающих определенные (нужные манипулятору) ассоциации.
Огромным манипулятивным потенциалом обладает генерализация значения, заменяющая нежелательную номинацию родовым наименованием, словом широкой семантики, что позволяет снять компоненты прагматического фокуса, мотивирующие отрицательную оценку. Аудитория может вообще не обращать внимания на "размытые" эвфемизмы, так называемые "слова-амебы", которые не фиксируют на себе внимания, будучи абсолютно нейтральными и приложимыми к широкому классу объектов или явлений.
В языке российских СМИ сложилась целая система генерализованных эвфемистических обозначений. Так, применительно к военным действиям часто употребляются номинации с достаточно общим смыслом: конфликт, операция:
"Возможно, контртеррористическая операция в Чечне расширяет свои границы".
(Аргументы и факты. - 2003. - № 52).
Манипулятивные возможности метафоризации значений как способа образования эвфемизмов обусловлены тем, что семантическая двуплановость метафоры затемняет ее предметную отнесенность. Так, в языке СМИ, начиная с 1990-х годов, стало употребляться метафорическое выражение "этническая чистка", которое означает уничтожение в том или ином районе лиц, не принадлежащих к господствующей в этом районе нации.
Слово "чистка" определяется как производное существительное от глагола "чистить" в 1, 2 и 3 значении: Чистить – 1. кого-что. Удаляя грязь с кого-чего-нибудь, с поверхности, делать чистым. Ч. зубы. Ч. платье. Ч. обувь. Ч. коня. 2. что. Приготовляя в пищу, освобождать от верхнего слоя, кожуры, чешуи, косточек и т. п. Ч. апельсин. Ч. вишни. Ч. грибы. Ч. рыбу. 3. что. Освобождать от чего-нибудь накопившегося, загрязняющего. Ч. сад, дорожки, пруд. Ч. дно реки [1.7, C. 723]. Следовательно, ни в одном из своих словарных значений слово "чистка" не подразумевает убийства, уничтожения людей, поэтому, будучи употребленным в переносном смысле, способно выполнять эвфемистическую функцию – ослаблять, нейтрализовывать отрицательную реакцию аудитории.
Безусловно, из-за частоты использования выражения "этническая чистка" в языке СМИ большинство носителей языка понимают, что оно на самом деле означает. Тем не менее, воздействие нейтрального, даже бытового слова "чистка" на психику реципиента в любом случае будет не таким сильным, как воздействие эмоционально окрашенных слов "убийство" или "уничтожение".
"Россия осудила точно так же, как этнические чистки, направленные против самих сербов"
(После Цхинвала: интересы и ценности // Профиль. - № 33. - 08.09.2008).
Метонимизация значений как способ образования эвфемизмов основана на ассоциативных связях между денотатом в сфере табу и безобидным денотатом:
"Мне пообещали намазать лоб зеленкой, меня в тот момент это не испугало: я не знал, что лоб зеленкой мажут перед расстрелом, чтобы удобнее было стрелять"
(Из интервью с А. Тихоновым // Аргументы и факты. - 2002. - № 11).
Данный пример показывает, что отсутствие фоновых экстралингвистических знаний реципиента позволяет метонимическому выражению "намазать лоб зеленкой" полностью замаскировать свой денотат, превратить угрозу смертной казни в простое предупреждение.
Заимствования и термины как способ эвфемизации заключают в себе значительные возможности для манипулирования адресатом сообщения, поскольку иноязычные слова малопонятны носителям языка-реципиента, их внутренняя форма затемнена; они не имеют нежелательных коннотаций и обладают способностью "улучшить" денотат даже при его прямом обозначении. Наличие в речи специальных слов и терминов придает коммуникатору ореол респектабельности и вызывает уважение и доверие к источнику информации.
Манипулятивный потенциал синтаксических эвфемизмов также необычайно высок, поскольку распознать замену, произведенную коммуникатором на синтаксическом уровне, для адресата гораздо сложнее, чем распознать эвфемистическую лексико-семантическую замену.
В качестве синтаксических способов образования эвфемизмов, способных к манипулированию реципиентом, выделяются разнообразные трансформации словосочетаний, эллипсис и т.д.
В большинстве случаев для образования эвфемизмов, манипулирующих человеком, используется такой вид эллипсиса, как безобъектное употребление переходных глаголов (берет вместо берет взятку):
"Как показал наш опрос, страшно узок круг тех, кто никогда не давал или не брал".
(Вы взятки даете? // Власть. - № 11. - 21.03.2000).
Разновидностью эллипсиса является замена активной глагольной конструкции на пассивную с опущением субъекта действия. Тексты СМИ содержат значительное количество пассивных конструкций с отсутствием указания на субъекта действия. Вот яркий пример пассивной глагольной конструкции ликвидированы (кем?):
"Вчера в Дагестане прошла контртеррористическая операция, в ходе которой были ликвидированы 10 боевиков из бандгруппы "Южная" во главе с Закиром Наврузовым".
(Экстремисты подались на юг // Независимая газета. - 18.09.2008).
Еще одним способом реализации эвфемистического потенциала на синтаксическом уровне является замена утвердительной конструкции (с утверждением нежелательного факта) на аналогичную по смыслу отрицательную конструкцию, то есть конструкцию с отрицанием желательного факта ("Не думаю, что вы правы" вместо "Думаю, что вы не правы"):
"Я не считаю, что нужно форсировать новый закон о СМИ, - отметил он. - Хотя жизнь ставит в этой сфере новые вопросы, которые требуют регулирования, и работа над документом идет".
(Глава Совета Федерации выступает за сохранение государственной поддержки региональных СМИ //
Законодательство и практика масс-медиа. - Вып. № 7-8 - июль-август 2006).
"Я не думаю, что испанский авторынок может восстановиться в современных условиях, - сказал Шмидт испанским журналистам".
(В Испании продажи Seat упали безнадежно // Газета.Ru. - 10.10.2008).
Манипулятивное воздействие замены утвердительных конструкций на отрицательные заключается в возможности представления реальных общественных проблем как менее значимых, менее острых. Благодаря использованию отрицательной синтаксической конструкции коммуникатор может прямо не называть негативные явления и факты и тем самым приуменьшить их масштабы.
Способ трансформации словосочетаний предполагает различные операции над структурой исходного словосочетания, а именно: введение дополнительного позитивного компонента, изъятие нежелательного компонента, столкновение противоречащих компонентов (оксюморон), чрезмерное усложнение структуры словосочетания.
Особенно примечательным случаем манипулятивного воздействие на реципиента является столкновение противоречащих компонентов (оксюморон). Оксюморонное словосочетание содержит наряду с отрицательно коннотированным словом еще и положительно коннотированное, за счет которого и создается эвфемистический эффект. В текстах СМИ активно функционируют оксюморонные выражения "спад экономического роста" и "отрицательные темпы роста", которые, сообщая о некотором снижении темпов роста, все-таки не отрицают его наличие: в пресуппозицию этих выражений входит утверждение, что "рост происходит", хотя на самом деле это не так:
"Нефтяные компании в августе продолжили демонстрировать отрицательные темпы роста добычи".
(Добыча нефти в РФ в августе
// Информационно-аналитический портал ИнвестГУРУ. - 03.09.2008).
Лингво-коммуникативной особенностью функционирования эвфемизмов в текстах СМИ является комбинирование сразу нескольких манипулятивных способов и средств эвфемизации, что делает манипулирование более изощренным, не столь явным. Так, способ генерализации значения часто сочетается с применением заимствованных слов и терминов, которые звучат более официально, благородно. Например, обсуждая сокращение бюджета, политики не используют русское слово "сокращение", а говорят о необходимости осуществления оптимизации, рационализации, реструктуризации или реорганизации бюджета.

3аключение

Современный русский язык все более обогащается различными эвфемизмами. Из определения эвфемизма следует, что он не только более адекватен коммуникативной ситуации, но и "приличнее", чем заменяемое слово. Очевидно, что в процессе эвфемизации происходит снижение степени обсценности.
Классификацию эвфемизмов можно проводить по нескольким основаниям.
В отличие от обычной лексики, эвфемизмы чрезвычайно чувствительны к общественным оценкам тех или иных явлений как «приличных» и «неприличных». С этим связана историческая изменчивость статуса эвфемизма: то, что представляется удачным эвфемистическим наименованием одному поколению, в следующих поколениях может расцениваться как несомненная и недопустимая грубость, требующая эвфемистической замены.
Эвфемизм как способ непрямого, перифрастического и при этом смягчающего обозначения предмета, свойства или действия соотносителен с другими приемами речи – с литотой, мейозисом, оксюмороном и т.д.
Процесс эвфемизации тесно переплетается с процессом номинации – одним из трех фундаментальных процессов, формирующих речевую деятельность человека (два остальных – предикация и оценка). Объекты, по этическим, культурным, психологическим и каким-либо иным причинам не называемые или называемые с трудом, нуждаются в эвфемистическом обозначении; обновление номинаций диктуется необходимостью вновь и вновь вуалировать или смягчать сущность того, что в культурном обществе считается неудобным, неприличным и т.д.
Эвфемизм обладает собственной спецификой. Она проявляется как в лингвистической сущности эвфемизма, так и в темах, которые чаще других подвергаются эвфемизации, сферах использования эвфемизмов, в типах языковых способов и средств, с помощью которых они создаются, в различии социальных оценок эвфемистических способов выражения.
Эвфемизмы обладают огромным манипулятивным потенциалом, который используется в языке СМИ. Манипулятивные эвфемизмы или затемняют, скрывают истинное положение вещей, или же демобилизуют общественное мнение, так как смягченная, нейтральная формулировка не вызывает в сознании реципиента ответного раздражения в отличие от прямой номинации.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. ЭНЦИКЛОПЕДИИ И СЛОВАРИ

1.1.	Ахманова, О.С. Словарь лингвистических терминов [Текст]. – 4-е изд., стереотип. - М. : КомКнига, 2007. – 576 с.
1.2.	Большая энциклопедия Кирилла и Мефодия 2007 [Электронный ресурс] : Соврем. унив. рос. энцикл. : 14 CD [Электрон. текстовые и графич. дан.: более 88 тыс. статей, 39 тыс. мультимедиа-объектов, 860 аудио- и 570 видеофрагментов, более 520 карт в интерактивном атласе мира]. - 7-е изд., перераб. и доп. - М. : Кирилл и Мефодий, 2006. – Загл. с обложки.
1.3.	Вейсман, А. Д. Греческо-русский словарь / Репринт 5-го издания 1899 г. - М. : Греко-латинский кабинет Ю.А. Шичалина, 2006. - 706 с.
1.4.	Даль. Толковый словарь живого великорусского языка [Электронный ресурс]. – Электрон. текстовые дан. - М. : ИДДК ГРУПП, 2005. - 1 CD. – Загл. с экрана. – Доп. материал: Полный авторский текст "Пословицы и поговорки русского народа" ; "О поверьях, суеверьях и предрассудках русского народа".
1.5.	Иллюстрированный энциклопедический словарь Ф. Брокгауза и М. Эфрона [Текст]. - М. : ЭКСМО, 2006. - 986 с.
1.6.	Крысин, Л. П. Толковый словарь иноязычных слов [Текст]. - М. : ЭКСМО, 2005. - 944 с. - (Серия	 Библиотека словарей).
1.7.	Ожегов, С. И., Шведова, Н. Ю. Толковый словарь русского языка [Текст] / Сергей Иванович Ожегов, Наталия Юльевна Шведова. - 4-е изд., доп. - М. : ИТИ Технологии, 2005. - 944 с.

2. УЧЕБНИКИ И УЧЕБНЫЕ ПОСОБИЯ

2.1.	Валгина, Н. С. Активные процессы в современном русском языке [Электронный ресурс] : учеб. для вузов / Нина Сергеевна Валгина ; Мос. гос. Ун-т печати. - Электрон. текстовые, граф. дан. – М. : Гос. ун-т печати, 20.11.2002. - флэш-ресурс. – (Библиотека МГУП). - Загл. с экрана.
2.2.	Сеничкина, Е. П. Эвфемизмы русского языка [Текст] : спецкурс : учеб. пособ. для студ-в вузов, обуч-ся по спец. "Филология" / Елена Павловна Сеничкина. - М : Высшая школа, 2006 . - 151 с.

3. НАУЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА

3.1.	Баскова, Ю. С. Эвфемизмы как средство манипулирования в языке СМИ : на материале русского и английского языков [Текст] : автореф. дис. ... канд. филол. наук. / Юлия Сергеевна Баскова ; Кубан. гос. ун-т. - Краснодар : [б. и.], 2006. - 23 с.
3.2.	Вавилова, Л. Н. К вопросу об эвфемизации современной русской речи [Электронный ресурс] // Русская и сопоставительная филология. Системно-функциональный аспект : сб. м-лов науч. конф. 5-10 февраля 2003 г. / Казан. гос. ун-т. – Сайт Казан. гос. ун-та. – Режим доступа: http://www.ksu.ru/fil/kn7/index.php?sod=11
3.3.	Ковшова, М. Л. Семантика и прагматика эвфемизмов : Краткий тематический словарь современных русских эвфемизмов [Текст] : моногр. / Мария Львовна Ковшова. - М. : Гнозис, 2007. - 320 с.
3.4.	Крысин, Л. П. Эвфемизмы в современной русской речи [Электронный ресурс] // Русский филологический Интернет-портал "Philology.ru". - Режим доступа:  http://www.philology.ru/linguistics2/krysin-94.html
3.5.	Куркиев, А. С. О классификации эвфемистических названий в русском языке. Классификация эвфемизмов по порождающим мотивам [Текст] / А. С. Куркиев. - Грозный, 1977.
3.6.	Ларин, Б. А. Об эвфемизмах [Текст] / Борис Александрович Ларин // Ларин Б. А. Проблемы языкознания : Сб. статей, посвящ. 75-летию акад. И. И. Мещанинова. - Л. : ЛГУ, 1961. – (Учен. зап. Ленингр. ун-та, № 301 : Сер. филол. Наук : Вып. 60). - С. 110-124.
3.7.	Москвин, В. П. Эвфемизмы в лексической системе современного русского языка [Текст] / Василий Павлович Москвин. - 2-е изд. - М. : Ленард, 2007. - 264 c.
3.8.	Пауль, Г. Принципы истории языка / Пер. с нем. ; Под ред. А.А. Холодовича. – М. : Изд-во иностр. лит., 1960. - 500 с.
3.9.	Шор, Р.О. Язык и общество / Розалия Осиповна Шор. - М. : Работник просвещения, 1926. - 152 с.